Меню сайта

Разделы новостей

История Осетии [43]
Скифы | Сарматы | Аланы [120]
Публикации, архивы, статьи.
Осетия [122]
Новости Северной Осетии и Южной Осетии.События на Кавказе.
Кавказ [14]
Народы Кавказа, История и культура народов Кавказа
Ранняя история Алан [0]
Габуев.Т.А.

Наш опрос

Посещая сайт, я уделяю внимание разделу(разделам)
Всего ответов: 1427

Форма входа

Логин:
Пароль:

Календарь новостей

«  Март 2014  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

Поиск

Ссылки

|

Статистика


В сети всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » 2014 » Март » 18 » Современные тенденции в изучении городской повседневности
Современные тенденции в изучении городской повседневности
02:43
Л. Хугаева, аспирантка COГУ

Социально-культурные изменения, связанные с развитием общества, внутринаучные тенденции развития, которые должны отражать эти социальные изменения, порождают потребность в формировании нового научного поля, где предметом исследования является повседневность.

Повседневность как структурно-функциональная характеристика включает деятельность, мышление, целеполагание, возникающие и протекающие в актуальном социально - индивидуальном времени по заданной схеме.

История повседневности относится к числу направлений, в последнее время особенно активно разрабатывающихся в исторической науке. Помимо естественного интереса к деталям жизни обычного человека, история повседневности привлекает тем, что позволяет выйти на новое понимание сложных исторических явлений. Изучение повседневности позволяет увидеть в истории не отвлеченные абстракции, а конкретного человека, современника и творца эпохи. Сами специалисты, работающие в этой области исторической науки, признают, что название «история повседневности» - далеко не идеальное определение ее сути, применяемое за неимением лучшего». Термин «повседневность» относится к числу тех, которые, с одной стороны, понятны всем, с другой - трактуются очень неоднозначно. Поэтому необходимо определить содержание, которое мы вкладываем в это понятие. Повседневность это, во-первых, отношения человека с миром окружающих его вещей. Сюда относятся внешний и внутренний облик жилища, одежда, обувь, привычный рацион питания и т.д. Во-вторых, это устоявшиеся отношения между людьми: общественная мораль, привычки и традиции, нормы поведения и устоявшиеся отклонения от этих норм. В-третьих, это общественные настроения, представляющие собой реакцию на общественные изменения, затрагивающие индивида. Общественные настроения не следует путать с общественным мнением. Общественное мнение конкретизировано и направлено на оценку определенного события, явления, личности. Общественные настроения есть оценка эпохи и определяют активную или пассивную позицию общества по отношению к происходящему.

По словам академика Ю.А. Полякова, «история по существу - это повседневная жизнь человека в ее историческом развитии, проявление стабильных, постоянных, неизменных свойств и качеств в соответствии с географическими и временными условиями, рождением и закреплением новых форм жилья, питания, перемещения, работы, досуга. Старые, традиционные формы человеческих отношений устойчивы, живучи. Они уходят, отживают, медленно, неоднократно возникая из, казалось бы, навсегда ушедшего прошлого» [8]. Изменения в повседневной жизни служат наиболее точным (а, может быть, и единственным) критерием того, насколько глубоки оказались политические и социальные перемены.

Развитые страны в настоящее время достаточно быстро втягиваются в глобальные информационные и коммуникационные отношения. Глобализация коммуникации в сети Internet разрушает социальные барьеры, но в то же время рушатся и традиционные сообщества, традиционные формы социальных связей. Во всем мире происходят социальные трансформации, связанные с демографическими проблемами. Инфантилизм молодежи порождает букет социальных проблем: наркоманию и насилие, бегство от действительности и нигилизм. В России к ним добавляются проблемы социального расслоения: рост стоимости образования противоречит возможностям среднестатистической семьи. В трудную ситуацию в современном мире попадает и другая возрастная категория — люди допенсионного возраста, вынужденные по тем или иным причинам раньше срока завершить свою трудовую карьеру. Проблемой становится преодоление разрыва между практикой социальных изменений и готовностью общества их принять.

Имманентные этнокультурные отношения заменяются отношениями, построенными на внешних символах идентичности. Такие тенденции ведут к повседневной дезинтеграции в обществе на фоне глобализации социальных отношений.

Исследование истории повседневности способно прояснить вышеназванные проблемы, и более того, должно сформировать «технический аппарат» механизмом адаптации повседневности к быстро меняющимся реалиям.

Историки Марк Блок и Люсьен Февр были одними из тех европейских ученых, которые содействовали своими исследованиями утверждению социокультурного подхода к изучению истории общества. Этот подход инициировал развитие одного из наиболее влиятельных в современной историографии направлений - новой социальной истории.

Введение новых измерений в историческое исследование привело к расширению границ предмета исторической науки, к освоению ею новых «территорий», нетрадиционных проблем и соответственно новых методов анализа. На первый план выходит изучение «микроистории» отдельного человека и групп, но в ее взаимосвязи с «макропроцессами».

Внимание к социальной истории, социокультурным аспектам в историческом развитии привели к осознанию факта многофункционального города как организма в социально-экономической структуре общества и вызвали растущий интерес к проблемам градоведения. Этот интерес определяется рядом причин. Прежде всего, той ключевой ролью, которую играет город как пространственная, хозяйственная, социокультурная среда обитания, как одна из основных форм общественного существования человека.

Традиция изучения городов имеет более чем вековую историю, и было бы неразумно пренебрегать накопленным за это время опытом. На рубеже XIX — XX вв. сложилось целое направление исследований, ставивших задачу постижения законов возникновения, развития и жизни городов, которое назвали городоведением. Интерес к этой проблематике объединил ученых разных специальностей — историков, экономистов, социологов, искусствоведов, географов... В России городоведение долгое время развивалось в общем русле интереса к жизни многообразных краев и областей огромной страны. 11озже исследования отдельных местностей стали называть краеведением, родиноведением.

Этот интерес сформировался и был осознан, прежде всего, в университетской среде. В 1882 году в Петербургском университете было основано студенческое научно-литературное общество, ставшее местом неформального сотрудничества профессоров и студентов. Через некоторое время при нем начал действовать областной отдел. «Он должен был полнее ставить задачу изучения «земской жизни» России в различных ее местных особенностях и так являться школою для теоретической подготовки будущих деятелей русской земли» [9],— вспоминал один из его участников. Познание территории как целого, во всех взаимосвязях различных процессов — и использование этого знания для решения местных проблем,— такова была главная задача этих штудий.

Город - феномен исторический: его социокультурное содержание и его функции не оставались неизменными. Город не только менялся сам, но и воздействовал на динамику движения процессов в обществе. Именно поэтому проблема города превратилась в одну из актуальнейших современной исторической науки.

Всю советскую историческую литературу, посвященную проблемам градоведения можно разделить натри периода:

1. 1920-е годы XX века:

2. 1930-е - середина 1950-х годов;

3. Вторая половина 1950-х - до конца 1980-х годов.

Такое разделение советской историографии обосновывается тем, что, несмотря на общие теоретические подходы, определяемые как марксистско-ленинская методология, состояние источниковой базы и круг проблем в разные периоды менялся в зависимости от изменения социально-политической ситуации.

Заметим, что рассмотрение любого объекта (природного или культурного) в естественной среде сразу заставило увидеть его зависимость от контекста, осознать многочисленные естественные связи между объектами исследования разных научных дисциплин. Однако мысль об объединении усилий представителей разных наук пришла в 1920-е гг., и была реализована в пору расцвета краеведения, которую С.О. Шмидт назвал «золотым» его десятилетием.

Это была поистине самоотверженная работа — в голодные годы разрухи, в трудные годы новой экономической политики, краеведы из последних сил работали на выживание своей малой родины. Возглавлявший в 1920-е гг. Костромское научное общество В.И.Смирнов писал: «В настоящее время приходится... напрячь последние силы, чтобы спасти положение дела, чтобы Общество выжило, помня, что только знание страны может вывести нас из создавшегося тяжелого положения» [9].

Наиболее острым среди теоретиков культуры того времени был спор вокруг сроков создания нового типа человека и модели классовой борьбы за новую культуру.

В 30-х - 50-х гг. все дискуссионные вопросы, связанные с проблемами социокультурного развития населения, были вытеснены из литературы. Советская история в значительной степени ограничивалась комментариями к Краткому курсу истории ВКП (б). Советский город как самостоятельная историческая проблема выпал из поля исторической науки.

Рост городов в Советском Союзе отражался на различных сферах жизни общества. Города приобретали колоссальное значение как место жизнедеятельности большинства населения. Так, 1960-е - 1980-е гг. стали для СССР эпохой урбанизационного перехода, когда городское население выросло с 50 % до 70 % всего населения страны. Основной рост происходил за счет крупных городов. Это во многом объясняет то, почему в поле зрения исследователей попадали в основном большие города, являвшиеся промышленными центрами и выполнявшие функциональную задачу формирования индустриального общества.

В период жесткого идеологического контроля приоритетными направлениями исследований советских историков являлись вопросы социально-экономического развития городов, напрямую связанных с

развитием промышленности и соответственно рабочего класса, то есть той части населения, которая решала задачи индустриализации. Изыскания историков, посвященные передовой части населения страны, звучали в контексте проблематики советского образа жизни. Подчеркивались специфика и различия советского и буржуазного образа жизни, городского рабочего класса и жителей деревни, определялось место городского образа жизни в социальном планировании [5]. Серия работ была посвящена традициям и праздникам, характерным для советского образа жизни [10].

Традиционно в центре внимания советской историографии находились вопросы социального и культурного строительства в СССР. Во многих работах рассматривались проблемы, связанные с формированием духовного облика советского человека под влиянием партийно-государственной политики в области культуры и социального развития [7].

Деидеологизация исторической науки в конце 1980-х- 1990-е гг. повлекла за собой всплеск интереса к городской тема тике. Можно сказать, что историческая традиция по изучению советского город на данном этапе находится в стадии становления. В связи с этим представляется целесообразным при изучении советского города обращаться к опыту ученых других гуманитарных специальностей, используя междисциплинарный подход.

Активно развивающимися в советское время и популярными сегодня являются исследования в области архитектуры и градостроительства [11J. И именно советские архитекторы, опираясь на идеи ученых Запада, в 1970-е годы стали высказываться о городе и городской среде как о своеобразном тексте, «социальном организме, имеющем душу».

Большой вклад в изучение проблем городов внесли географы, являясь, по сути, родоначальниками российской урбанистики. В 1946 г. одним из основателей советской экономической географии Н.Н. Баранским впервые была озвучена идея введении гипологии городов. С этого времени началась работа по типологизации и классификации советских городов. А в 1959 г. В.Г. Давидович в журнале «Вопросы географии» высказал мысль о необходимости выделения отдельной науки о городе.

На современном этапе экономисты и социологи занимаются разработкой новых инструментов управления городской экономикой. Ключевыми в исследованиях являются понятия морфологии экономического и социального пространства города. Пространство города понимается как неоднородная среда, имеющая ряд специфических для каждого города зон: ландшафтных, экономических, социальных, экологических, культурных [9].

В культурологической науке о городе ведущей является проблема города как носителя смыслов, тенденций, сущностных особенностей организации жизнедеятельности общества. «Город начинает пониматься как сложный социокультурный организм, постоянно развивающийся и интегрирующий системы отношений представляемого им общества, выступающий сложной социопрограммой, кодирующей и транслирующей смыслы и содержание урбанизированных форм жизни» [2].

Исследователи А. Нещадин и Н. Горин предлагают концепцию исторических циклов в развитии города, состоящих из трех фаз: восходящей, сопровождаемой бурным ростом населения; инерционной, когда число населения и емкость рынка труда находятся в соответствии, и развитие города продолжается в развитии его инфраструктуры; нисходящей, когда в силу тех или иных причин город начинает терять свое постоянное население [6]. Подобные междисциплинарные интерпретации позволяют более объективно рассматривать механизмы саморазвития российского города и, безусловно, полезны для историков, занимающихся изучением отдельных городов, локальной историей, исторической урбанистикой.

Не вызывает сомнений, что в последнее время вырос интерес исследователей и к проблематике советских городских поселений. С одной стороны, под влиянием зарубежной историографии, использующей методы изучения повседневной жизни и микросоциальной истории, урбанистики, а с другой - на основе введения в научный оборот новых комплексов архивных источников, работы современных отечественных исследователей, в том числе и региональных, стали отличаться новизной и полидисциплинарностью.

В последние годы работы по истории городов отличает широкий региональный срез, растет интерес к местной истории. Постановка вопроса о провинциальных городах логически вытекает из осознания историками многообразия городских форм жизни. Обращаясь к истории России, мы видим большее своеобразие ее регионов, чем это имело место в других странах. Каждый из национальных регионов России, СССР, сохранял свое собственное социально-экономическое лицо, проявлявшееся в укладе, быте, традиционных местных производствах, социальных и культурных институтах. Рассмотрение общероссийских процессов через призму истории повседневности конкретного региона позволяет отразить разнообразие общеисторического процесса. Традиция написания истории губернских и уездных городов, научно-популярных очерков и путеводителей сложилась еще до революции 1917 г. Сегодня значительно расширяются хронологические рамки таких исследований. Не только древнерусский, средневековый, но и город нового времени все чаще становится объектом исследования. При этом интенсивность урабанизационных процессов, происходивших в СССР делает перспективным изучение городской повседневности этого периода как доминирующей и наиболее динамичной в XXI веке.

Проблема провинциального города сегодня носит комплексный характер, затрагивающий проблему самого понятия город: его содержания, сравнительно-исторического изучения. Вместе с тем степень исследованности городов такова, что позволяет скорее осознать насущность постановки принципиальных вопросов, чем ответить на них.

Применительно к нашему региону, повседневная жизнь населения изучена недостаточно. Местная историография развивалась как вариант общероссийской, поэтому для исследователей было характерно изучение вопросов, связанных с формированием духовного облика советского человека в городах в контексте историко-партийной проблематики. Основная тенденция краеведческих работ современного этапа проявилась в переходе от общих схематических обобщений к анализу региональной специфики, к разработке новых тем. Примером могут служить книги З.В. Кануковой, Г.И. Кусова [4]. Несомненный интерес представляет монография Хубуловой С. А. и Гапеевой М.С. [12]. В работе прослеживается взаимосвязь: каким образом революционные и военные события влияли на повседневный быт горожан, как изменения в быту и морали отразились на поведении обывателей и оказали влияние на революционные события. Подготовленная на основе новейших исследований и документальных материалов монография освещает проблемы, которые ранее не изучались в отечественной историографии, предлагает новую трактовку многих известных проблем. Повседневная жизнь населения более позднего периода пока специально не изучалась.

В целом, новейшие тенденции отечественной и региональной историографии при исследовании социокультурной проблематики связаны с применением подходов культурной истории, а также использованием микросоциальных и гендерных методик. Усиливается внимание исследователей к менталитету и психологии людей, к общественным настроениям. В последнее время усиливается внимание к методу биографики.

Изучение социокультурной среды провинциальных городов можно рассматривать как одно из перспективных направлений региональной истории, позволяющей сохранить единое пространство России и показать при этом особенности развития региона.

Примечания

1. Баканов С. А. Малый советский город в 1960-80-х гг. в зеркале отечественной урбанистики — http//www.nivestnik.ru

2. Город в процессах исторических переходов: Теоретические аспекты и социокультурные характеристики. М., 2001. С.

3. Занадворов B.C., Занадворова А.В. Экономика города. М., 1998; Вагин В.В. Городская социология. М., 2000

4. Канукова З.В. Старый Владикавказ. Владикавказ, 2002; Кусов Г.И. Встречи со старым Владикавказом. Владикавказ, 1998; Он же. Владикавказ в историях и лицах. Владикавказ, 2004

5. Колобов Л.C. Образ жизни городского рабочего// Урбанизация и рабочий класс в условиях научно-технической революции. М., 1970, С.313 - 324; Цветаева Н.Н. Городской образ жизни как объект социального планирования // Человек и общество. Вып. 15. JI., 1976. С. 121-126; Гордон Л.A., Клопов Э.В. Человек после работы. Социальные проблемы быта и внерабочего времени. М., 1982; Кассьяненко В.И. Советский образ жизни: Проблемы исследования. М., 1982; Зуйкова Е.М. Быт и бытовые отношения при социализме. М., 1986; Исаев В.И. Быт рабочих Сибири. 1929-1937 гг. Новосибирск, 1988

6. Нещадин А., Горин Н. Феномен города: социально-экономический анализ. М., 2001

7. Роговин В.З. Развитие социалистического образа жизни и вопросы социальной политики // Социологические исследования. 1975. №1. С. 75-86; Социологические исследования проблем города и жилища. Новосибирск, 1986

8. Поляков Ю.А. Человек в повседневности (исторические аспекты) // Отечестченная история. 2000. № 3. С. 125

9. Сизинцева Л.И. Изучение города: прошлое - будущему - http//www.rae.ru

10. Суханов И. Обычаи, традиции и преемственность поколений. М., 1976; Ельченко Ю. Советские праздники// Коммунист, 1976. № 13. С. 78.

11. Холина М.В. Исследования истории малого советского города в отечественной и региональной историографии // Современные проблемы науки и образования. 2009. №3. С. 89

12. Хубулова С.А., Гапеева М.С.. «Маленькие люди» в «большой истории»: повседневная жизнь владикавказских обывателей в 1917-1920 гг. Владикавказ, 2007

* Бывший парк «Трек»

* Напоминает современный футбол

Источник:
Хугаева Л. Современные тенденции в изучении городской повседневности // Историческое обозрение. Сборник научных статей. / Под ред. Н.Д.Малиева. Владикавказ, 2010. 78 стр. С. 71 - 78.
Категория: Кавказ | Просмотров: 2489 | Добавил: 00mN1ck | Рейтинг: 4.0/1 |

Схожие материалы:
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]