Меню сайта

Категории каталога

История Южной Осетии [46]
Южная Осетия в коллизиях российско-грузинских отношений.М.М. Блиев. 2006г. ГЕНЕЗИС СОЦИАЛЬНО-ИСТОРИЧЕСКИХ КОЛЛИЗИЙ В ПРОЦЕССАХ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ РОССИИ, ГРУЗИИ И ОСЕТИИ
История Южной Осетии [35]
Осетия в коллизиях российско-грузинских отношений.М.М. Блиев. ЮЖНАЯ ОСЕТИЯ В ПОЛИТИЧЕСКИХ КОЛЛИЗИЯХ НОВЕЙШЕГО ВРЕМЕНИ Южная Осетия в коллизиях российско-грузинских отношений.М.М. Блиев. 2006г.

Наш опрос

Посещая сайт, я уделяю внимание разделу(разделам)
Всего ответов: 1430

Форма входа

Логин:
Пароль:

Поиск

Ссылки

Сериал Гриффины сезон 3 онлайн|Просмотр Доставить любой ценой сериала онлайн |

Статистика


В сети всего: 3
Гостей: 3
Пользователей: 0

Скифы | Фандаг | Сарматы | Аланы | Осетины | Осетия

Главная » Файлы » Южная Осетия » История Южной Осетии

Идеи освобождения
[ ] 29.10.2008, 19:52
В начале XX века Грузия переживала серьезные социальные перемены. На ее политической арене обозначился генезис национально-освободительного движения, в котором наиболее заметными были три политические силы: 1. Феодально-тавадская как наиболее реакционная, частью стоявшая за отделение Грузии от демократизировавшейся России, частью - за усиление российского самодержавия; 2. Буржуазные и мелкобуржуазные силы, также делившиеся на две группировки - на буржуазно-монархическое крыло и демократическое; 3. Массовое крестьянское движение, направленное на освобождение крестьян от тяжелого гнета. В этой довольно сложной природе грузинского освободительного движения наиболее прогрессивным являлось политическое течение, близкое к И.Г. Чавчавадзе. Оно было связано с мелкобуржуазным, либеральным движением, опиравшимся главным образом на грузинскую интеллигенцию и крестьянские массы. Их отличало отношение к России, создавшей грузинскую страну и сохранившей грузинский народ.
В противовес радикальным силам грузинского освободительного движения, поднимавшим вопрос об отторжении Грузии от России и выборе иных политических ориентиров, И.Г. Чавчавадзе в начале XX века произнес самые важные для Грузии того времени слова: «Покровительство единоверного великого народа, - писал он, - рассеяло вечный страх перед неумолимыми врагами. Утихомирилась давно уже не видевшая покоя усталая страна, отдохнула от разорения и опустошения, от вечных войн и борьбы. Исчез грозный блеск занесенного над страной и нашими семьями вражеского меча, исчезли полыхающие пожары, в которых гибли дома и имущество наших народов, канули в вечность грабительские на­беги, оставившие лишь страшные, потрясающие воспоминания. Наступило новое время, время покоя и безопасной жизни для обескровленной и распятой на кресте Грузии, которую господь создал земным раем для человека, но которая едва не обратилась в братскую могилу для ее самоотверженных сынов, погибших без помощи и надежды, в одиночестве и вдали от всех во имя величия христианства и сохранения своего национального лица. Была заложена грань мирной жизни. С этого дня никто не осмелился переступить эту грань с огнем и мечом». И.Г. Чавчавадзе и движение, лидером которого он был, выступали за ликвидацию грузинского феодализма.
Грузинский князь, в свое время принимавший участие в подготовке крестьянской реформы в Грузии, был сторонником проведения широких аграрных и социальных реформ. В такой небольшой стране, какой была Грузия, идеи Чавчавадзе и его сторонников быстро доходили до крестьянских масс, ожидавших социальных перемен. Несомненное значение для распространения освободительных идей в Южной Осетии имело пребывание в ней видного грузинского демократа В.З. Кецховели. Около года он, сторонник освобождения крестьян от феодального гнета, работал в Джавском обществе Южной Осетии письмоводителем. Используя широкую возможность тесного общения с осетинским крестьянством, В.З. Кецховели вел среди народа большую разъяснительную работу. Следует подчеркнуть, что демократические силы Грузии были еще слабы, в противовес им энергичнее действовало феодально-клерикальное движение. И Кецховели, и несколько позже Чавчавадзе, оказавшие наибольшее влияние на Южную Осетию, были убиты, и таким образом еще более безнадежными становились усилия демократического движения в Грузии.

Освободительные идеи сильны были в самой Осетии. В отличие от грузинского освободительного движения, в Осетии не выдвигался вопрос об отторжении от России. Весь смысл освободительных идей здесь заключался, прежде всего, в поисках свободы, демократических прав и освобождения Южной Осетии от чужеземной оккупации. В Осетии болезненно относились к господству в югоосетинских обществах грузинских тавадов. Этим объяснялась та особенность, что на начальном этапе освободительного движения осетинская феодальная знать оказалась в оппозиции к российским властям. Осетинская аристократия, видевшая предоставление грузинским тавадам непомерных привилегий, в том числе в Южной Осетии, претендовала на равные социальные преимущества. Она ревниво относилась к различного рода дискриминационным ограничениям, вводившимся для осетинской знати. Наиболее существенным ограничением в феодальных правах осетинская знать считала отказ ей со стороны российских властей в признании и законодательном закреплении за ней феодальной собственности на землю, т.е. в том, что разрешалось грузинским тавадам. Противостояние на этой почве с российскими властями привело к эмиграции значительной части осетинской аристократии. Несомненно, это несколько ослабило движение, связанное с борьбой в Осетии против дискриминационной политики Петербурга на Кавказе. Но в Осетии сильна была тяга к просвещению, в ней в скором времени сформировалась мощная национальная интеллигенция, выросшая на традициях российского освободительного движения. Сама Осетия, в особенности ее южные общества, обладала достаточно сложной и напряженной социальной базой, на которой прогрессивно развивались освободительные идеи.
Собственно, на этой базе выросла целая плеяда выдающихся осетинских общественных деятелей, каждый из которых вносил свой вклад в демократическое развитие национально-освободительного движения. Среди них были Идрис Шанаев, Ибрагим Шанаев, Алихан Ардасенов, Гуркок Газданов, Афанасий Гассиев и др. Но подлинно народным лидером национально-освободительного движения был великий Коста Хетагуров. Его литературное творчество тесно было связано с трагической судьбой осетинского народа. Оно было проникнуто глубоким протестом против социальных сил, превращавших Осетию в полигон наживы, феодального произвола, дискриминации и политики, направленной на разрушение этнической целостности осетинского народа и Осетии как единой страны. Коста Хетагуров, родившийся и молодые годы проведший в Центральной Осетии, ранее административно объединявшейся с Южной Осетией, рано узнал об экспансии грузинских тавадов и разорении югоосетинского общества. Ему был известен не только вклад Хетагуровых в борьбу с притязаниями князей Мачабеловых, но и то тяжелое положение, в котором находилась Южная Осетия. Поэт был недоволен тем, что народ не восстает, чтобы освободить себя от «пришелыда»~феодала. Его стихотворение «Тревога» написано как обращение ко всему осетинскому народу. Но особенное место в нем занимает боль, вызванная положением в Южной Осетии. Коста Хетагуров писал:

Осетия! Можешь ли ты покориться
Пришельцу-алдару, что мучит народ?
Быть может, надеждой на правду влекомый,
Доверил ты волю пришельцу тому?...
Умри ж от раскаянья, друг незнакомый,
Коль ты хоть на миг подчинился ему!

Самую большую тревогу в Осетии вызывала Южная Осетия. Оккупация, разгул феодального гнета, тяжелое иго, унижавшее национальное достоинство народа, - не об этом ли у великого поэта?

Цепью железной нам тело сковали,
Мертвым покоя в земле не дают.
Край наш поруган, и горы отняли.
Всех нас позорят и розгами бьют.

Каждая поэтическая строка вождя освободительного движения находилась в тесном контексте той действительности, которая была создана в Осетии второй половины XIX века. Глубоко переживает Коста Хетагуров переселение осетин в Турцию, переселение на Ставрополье и в Грузию, он призывает народ к сохранению единства страны:

Мы разбрелись, покидая отчизну,
Скот разгоняет так бешеный зверь.
Где же ты, вождь наш? Для радостной жизни
Нас собери своим словом теперь.

Поэт хорошо знал, что каждое его стихотворение, написанное на злобу дня, не только разучивается, но и призывно распевается в осетинском народе, зовет к борьбе за свободу. Для него литературное творчество - жесткое идеологическое средство, с помощью которого он тесно общается с народом, объясняет ему сложную политическую ситуацию и подсказывает, как выйти из нее:

Враг наш ликующий в бездну нас гонит,
Славы желая, бесславно мы мрем.
Родина-мать и рыдает, и стонет...
Вождь наш, спеши к нам - мы к смерти идем.

Обращения Коста Хетагурова к вождю - это, несомненно, обращение к. самому себе, превосходно понимавшему, сколь важное значение он занимал в нараставшем освободительном движении; много позже, перед смертью, Коста Хетагуров, сознавая свое место в борьбе народа за обретение свободы и независимости от опасного врага, в состоянии необычайной тревоги за свою Родину, искренне и с полным основанием спросил у Судьбы - «как же ты, Осетия, будешь без меня?...» Редкая популярность, которую снискал поэт среди народа, свидетельствовала также о том, что массы глубоко прониклись идеей освобождения от феодального и национального ига. Коста Хетагуров явился для Осетии, в особенности для ее южных районов, подпавших под иго грузинских тавадов, не только идеологом национально-освободительного движения, но и знамением демократической революции в Осетии.

"Южная Осетия в коллизиях российско-грузинских отношений" М.М. Блиев. 2006г.

Категория: История Южной Осетии | Добавил: Рухс
Просмотров: 2161 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0

Схожие материалы:
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]