Меню сайта

Категории каталога

История Южной Осетии [46]
Южная Осетия в коллизиях российско-грузинских отношений.М.М. Блиев. 2006г. ГЕНЕЗИС СОЦИАЛЬНО-ИСТОРИЧЕСКИХ КОЛЛИЗИЙ В ПРОЦЕССАХ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ РОССИИ, ГРУЗИИ И ОСЕТИИ
История Южной Осетии [35]
Осетия в коллизиях российско-грузинских отношений.М.М. Блиев. ЮЖНАЯ ОСЕТИЯ В ПОЛИТИЧЕСКИХ КОЛЛИЗИЯХ НОВЕЙШЕГО ВРЕМЕНИ Южная Осетия в коллизиях российско-грузинских отношений.М.М. Блиев. 2006г.

Наш опрос

Посещая сайт, я уделяю внимание разделу(разделам)
Всего ответов: 1425

Форма входа

Логин:
Пароль:

Поиск

Ссылки

|

Статистика


В сети всего: 4
Гостей: 3
Пользователей: 1
Davidisock

Скифы | Фандаг | Сарматы | Аланы | Осетины | Осетия

Главная » Файлы » Южная Осетия » История Южной Осетии

Предварительные итоги освобождения Южной Осетии
[ ] 30.10.2008, 18:07
Идея об освобождении осетин от засилья грузинских тавадов являлась для Петербурга давней и хорошо известной. Но новая ее реализация проводилась не по инерции. Скорее всего, она возникла в связи с той крупной карательной экспедицией, которую в 1850 году Воронцов направил в Южную Осетию под командованием генерала Андроникова. В том, как готовился проект, как он проходил через государственные учреждения, было видно и другое - спешка, в условиях которой вырабатывались отдельные положения указа об освобождении осетин, торопливость обсуждения различных «подходов» к вопросу сказались не только на урезанном характере императорского указа, но и на его недоработанности; некоторые положения, вошедшие в указ, в виде дополнений диктовались после, когда считалось, что указ уже издан. Так, вначале Мачабеловым было объявлено указом о назначении им пенсии в размере 6 тысяч рублей в год, а позже, когда выяснилось, что 1/10 часть урожая им будут вносить около 2000 крестьян, 1137 дворов, пенсию сократили до 5 тысяч.

Недоработанность императорского указа и сама поспешность, с которой решался вопрос освобождения осетин, несомненно, были связаны с явным политическим акцентом, который приобрели для императора осетино-грузинские отношения. Очевидно, что верховную власть беспокоило не только несходство грузинского феодализма с российским, но и то, как дружно грузинские тавады собирались в военную организацию, с какой высокой активностью они обрушивались на Южную Осетию. Сравнительно легко сформировавшиеся национальные вооруженные силы Грузии, готовые к походам, не могли не насторожить Николая ! в момент, когда европейские державы до предела обострили кавказскую проблематику и во всеуслышание заявили о вытеснении России из Закавказья. В Петербурге были уверены, что в войне за Кавказ европейские державы будут широко привлекать местные народы к aнтироссийскому фронту. Здесь, в Петербурге, не сомневались в том, на чьей стороне окажутся грузинские тавады и их вооруженные формирования, создававшиеся не без участия Воронцова. Со своей стороны, наместник, также учитывавший сложности политического положения Закавказья, придерживался иной позиции, - отдавая Южную Осетию на разграбление грузинским феодалам и обещая им новые в ней владения, он рассчитывал тем самым более прочно привязать грузинскую знать к России. Возможно, Николай I, которому Воронцов неод­нократно излагал свою концепцию установления единства между Россией и Закавказьем, какое-то время верил в успех подобной идеи, - не случайно император чутко реагировал на раздачу наместником дворянских титулов грузинским тавадам. В то же время обнаружилось, что Воронцов зашел слишком далеко, когда он открыл для князей и дворян новые возможности установления господства в Южной Осетии. На опасность такой политики императору указало жандармское управление, возглавлявшееся Орловым.

Что касается социальной сущности земельных отношений, созданных в 1845 и в 1852 годах, когда вначале грузинским тавадам отдавались владения в Южной Осетии, а затем осетин освободили от феодалов, признав за последними земельную собственность, то российские власти не очень-то приблизили грузинский феодализм к российскому. Задумав осетинских крестьян перевести в казенные и одновременно отдавая князьям Мачабели семь осетинских ущелий в собственность, Петербург не только не достигал желаемой цели - привести грузинский феодализм в соответствие с российским, но, напротив, отдалял один феодализм от другого. В столице видели только разбойность и агрессивность грузинского феодализма - эта особенность его, казалось, могла быть снята непризнанием за Мачабеловыми права на крепостничество. Но император, наделяя земельной собственностью в Южной Осетии и феодалов, и крестьян, не заметил, как отношения в Южной Осетии приобретали формы мулькадара - классические для Персии и Картли-Кахетинского валитета; мулькадары в Персии известны еще как ярбаб, предполагавший взимание земельной ренты в виде 1/10 части урожая. Благодаря системе мулькадара император выступил в роли шаха, наделявшего Мачабели землями в Южной Осетии и водворявшего на этих землях государственных крестьян - осетин. Любопытно, что российские власти в 1904 году заговорили вслух о том, что указом Николая I и Мачабели, и осетины в Южной Осетии оказались в системе мулькадара, характерного для персидского феодализма. Только тогда стало известно, что фактическое возвращение к проперсидскому феодализму, -«вместо того, чтобы прекратить» столкновения между князьями Мачабели и осетинами, - «еще более обострил их взаимные поземельные отношения и права обеих сторон»; конфликтная почва тем еще расширялась, что на восточную систему мулькадара наносилось российское законодательство, никогда подобную систему не реализовывавшее. В начале XX века российские администраторы обратили внимание, как «отсутствие в законе соответствующих указаний создало такое положение вещей, при котором помещики могут настаивать на сохранении за осетинами права на пользование только теми участками, которые обрабатывались ими до 1852 года; крестьяне же, в свою очередь, могут оправдывать всякий делаемый ими захват земли тем соображением, что в высочайшем повелении от 8 июня 1852 года не указано определенных норм крестьянского землепользования». Не было ясности особенно в том, на каком основании должны были осетины пользоваться общинными землями, по­давляющее большинство которых составляли пастбища и леса; из-за этих и многих других «пробелов», созданных решением императора, российские власти были вынуждены издавать различные распоряжения, частично решавшие отдельные спорные вопросы, возникавшие между князьями и осетинским населением. Тот же Воронцов, например, в 1853 году направил тифлисскому военному губернатору предписание о разрешении осетинам рубки леса с согласия помещиков. Несмотря на все сугубо практическое несовершенство указа Николая I от 1852 года, не снимавшего остроту социальных отношений в Южной Осетии, для осетинских обществ, как и для самого императора, его издание имело важное политическое значение. Сама по себе земельная собственность в Южной Осетии, предоставленная Николаем I князьям, и назначенная пенсия ставили Мачабеловых - и не только их - в жесткую зависимость от Петербурга. В то же время Южная Осетия для российских властей становилась важным политическим полем, благодаря которому российское правительство могло не только влиять на непосредственных участников феодальной экспансии в Южную Осетию, но и оказывать политическое давление и на другую часть грузинской знати, периодически увлекавшейся феодальной фрондой.

"Южная Осетия в коллизиях российско-грузинских отношений" М.М. Блиев. 2006г.

Категория: История Южной Осетии | Добавил: Рухс
Просмотров: 3046 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0

Схожие материалы:
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]