Меню сайта

Наш опрос

Посещая сайт, я уделяю внимание разделу(разделам)
Всего ответов: 1449

Форма входа

Логин:
Пароль:

Поиск

Ссылки

|

Статистика


В сети всего: 5
Гостей: 3
Пользователей: 2
VbCop , sallient69

Осетия - Алания | Осетины - Аланы | Сарматы

Главная » Статьи » Духовный и культурный мир Алании » Культура Алании

Хъама. Кинжал: от оружия до символа достоинства горца
Освещение вопросов, связанных с вооружением, важно как в этнографическом аспекте – для реконструкции истории военного дела осетин, так и в лингвистическом: ознакомление с архаичными элементами в материальной культуре осетин и родственных им племен способствует восстановлению терминов, связанных с их военным искусством.

Линию клинкового холодного оружия скифо-сармато-алано-осетин, характеризующегося наличием лезвия вдоль продольной оси оружия, длина которого больше, чем длина рукояти (боевая ударная часть), составляют мечи: акинак, фæринк кард, æхсар; сабля – æхсаргард; кинжал – хъама; боевой нож – кард.

Изучением военного искусства скифов, савроматов и аланов занимались А.И. Мелюкова, Б.Н. Граков, А.В.Мишулин, К.Ф. Смирнов, А.М. Хазанов, С.С. Бессонова, А.А. Сланов, А.В. Кузнецов, А.Е. Иванеско, Р.Г. Дзаттиаты и др.

Добавим, что военный быт ираноязычных народов древности и Средневековья передан также Нартиадой – организацией военного дела нартов.

Предлагаем обзорную статью о холодном клинковом оружии скифов, савроматов и аланов, выполненную на основе исследований вышеозначенных авторов.

Во второй половине I тыс. до н.э. скифами применялся короткий (40–60 см) прямой железный меч – акина́к, который обладал отличными колющими свойствами и достаточной массой (до двух килограммов) для нанесения рубящих ударов. Больше всего ценился акинак, у которого отсутствовал дол – желоб, продольное углубление на клинке белого (холодного) оружия, на револьверном барабане, инструментах и пр., предназначенное для его облегчения с сохранением прочностных характеристик изделия. Впервые дол появляется на клинковом оружии бронзового века.

Известно, что и племена персов, мидян, саков, аргипеев, массагетов и меланхленов использовали меч-акинак, но в основном он применялся скифами – в религиозных и ритуальных целях.

Меч – священный ритуальный предмет, боевое оружие; воплощает отвагу, силу, культ меча как атрибута бога войны и оружия против демонов сложился в глубокой древности. Предмет преклонения, олицетворение мужского начала, света, разума. У скифов клинку меча вождя ежегодно приносили в жертву несколько лошадей, рассматривая его как образ бога войны. В его символизме кроется удивительный смысл. Меч – оружие для рыцаря, который является защитником сил света против сил тьмы. Ср. в Нартиаде: неспособность нарта "вытащить меч из ножен" – признак его физической немощи и, как следствие, основание для снижения его социального статуса. Представление о "живой энергии" оружия лежит в обычае давать мечам имена. Ср. меч Батраза, Дзус-хъара, сам нападает на нартов и убивает их. Вера в магическую функцию меча делает его постоянным атрибутом погребений и каменных изваяний.

По А.И. Мелюковой, появление предскифского вооружения началось с широкого употребления железа на нашем юге, отсюда и железные мечи во второй половине VIII в. или в начале VII в. до н. э. К предскифскому времени относятся биметаллические мечи и кинжалы с грибовидным навершием и узким прямым перекрестьем. Скифские акинаки, появившиеся в конце VII в. до н. э., не могут быть с ними связаны. Археолог допускает, что в предскифское время изготовляли целиком железные мечи в подражание мечу с железным лезвием и бронзовой рукояткой. Основание: был найден небольшой железный меч, или кинжал (40,5 см) с плоской прямой рукоятью без навершия и перекрестья, клинок с почти параллельными лезвиями, переходящими в треугольное острое. Посреди клинка проходило чуть заметное ребро–утолщение, в результате чего клинок имел в разрезе форму вытянутого ромба.

Мечи-акинаки, по форме близкие к скифским, были широко распространены на территории Иранского Востока в VI–V вв. до н.э.

На гребне и обкладке горита из Солохи хорошо видны скифские мечи, которыми пользовались в рукопашных схватках пешие и спешившиеся воины. Замечено, что мечи и кинжалы в раннескифское время встречаются в скифских курганах значительно реже, обязательны лишь в погребениях "царских" или богатых воинов. Но уже к IV–III вв. до н.э. погребения с мечами и кинжалами заметно увеличиваются в связи с возрастанием этого вида вооружения в скифском военном обиходе, хотя и в IV – III вв. до н.э. мечи и кинжалы не имели столь широкого применения, как лук, стрелы или копья. Большинство скифских мечей и кинжалов имеет двухлезвийные клинки, треугольные, более или менее вытянутые или с почти параллельными лезвиями и коротким острием. Но наряду с ними есть и однолезвийные мечи и кинжалы. По форме навершия они делятся на два отдела: с прямым навершием, брусковидным или овальным; с антенным навершием, простым или зооморфным. Типы внутри каждого отдела выделяются по форме перекрестья – почковидное, бабочковидное и ложнотреугольное, которые имеются и в одном, и в другом отделах. Мечи и кинжалы с брусковидным навершием и бабочковидным перекрестьем по своей форме ближе всего к персидским акинакам, известным на иранских рельефах, например, на гробнице Дария. Но исследователи отмечают, что лишь один тип акинаков наиболее близок к изображенным на персидских рельефах и он является пришлым в ранней архаической Скифии. От этого вида в Причерноморской Скифии появились мечи и кинжалы с почковидным перекрестьем и прямым навершием и еще те, которые имели антенное навершие.

Скифским, независимым от иранских акинаков, было употребление уже в архаическую эпоху сравнительно длинных мечей (более 60 см). Известно, что все изображенные в персидском искусстве акинаки имеют длину не более 60 см. Об этом свидетельствует и способ их ношения. Находка скифского меча скифского типа в одной из кладовых урартской крепости обнаруживает, что мечи, значительно превосходящие по длине переднеазиатские акинаки, появились не позднее конца VII в. до н.э.

Акинак являлся одним из элементов так называемой скифской триады — комплекса предметов, характерных для скифской культуры. Археологические находки акинаков и других составляющих триады позволяют проследить засвидетельствованное Геродотом и Диодором Сицилийским проникновение восточноиранских "царских скифов" через Переднюю Азию и Кавказ до Северного Причерноморья.

Большую близость савроматских мечей со скифскими, особенно для VII–VI вв. до н.э., отметил К.Ф. Смирнов. Происходя из одного источника, они развиваются параллельно, но полное сходство в эволюции форм тех и других не наблюдается. Савроматы уже с конца VI в. до н.э. широко использовали мечи длиной более одного метра, а в Скифии длинные мечи – более 70 см – большая редкость. Широкое применение имели в Скифии мечи с ложнотреугольным перекрестьем, которые, заметим, нехарактерны для савроматов. Но савроматы выработали свои, собственные формы – мечи без металлического перекрестья, мечи с перекрестьем в виде согнутого под прямым углом бруска и мечи прохоровского типа. Что важно: перечисленные формы мечей не употреблялись скифами, но были известны меотам Прикубанья. И еще. Ряд савроматских мечей сближается с сибирскими. Замечено, что сибирское влияние на скифские акинаки гораздо менее заметно.

Савроматские короткие мечи или кинжалы с брусковидным навершием и почковидным перекрестьем зависели от скифских и являлись как бы их продолжением. К примеру, мечи из раскопок В.П. Шилова (Чертомлык, Воронежский курган, курган 8 у ст. Елизаветовской) богато орнаментированы, по сюжету и стилю орнаментации все эти мечи близки друг к другу. На навершии каждого изображена сильно стилизованная фигурка животного с повернутой назад головой; на перекрестье – по два грифона, сидящих друг против друга; на стержне рукояток изображены олень с ветвистыми рогами или сцена терзания хищником такого же оленя. Но на стержне рукояти воронежского меча ряд фигурок одного и того же животного, данных одна над другой. Эти украшения рукояток мечей чрезвычайно близки к орнаментации других предметов, найденных в скифских курганах IV–III вв. до н.э.

Несколько предложений о ножнах скифских мечей. Они делались из дерева и покрывались кожей, но иногда кожу заменяла материя. В богатых скифских курганах вместе с мечами, рукоятки которых были обложены золотой пластиной, сохранились золотые обкладки, покрывавшие поверхность деревянных ножен и поэтому повторявших их форму. Они найдены в курганах разных эпох, поэтому дают возможность судить о формах как архаических, так и более поздних. Форма ножен определяется формой клинка и способом ношения меча. Известны ножны со сходящими книзу сторонами, они соответствовали клинкам мечей треугольной формы меча, и ножны с параллельными лезвиями клинков, бытовавших в VI–V вв. до н.э., то же самое относится и к ножнам. Способ прикрепления ножен к поясу объясняется наличием бокового выступа на ножнах, которое имеет место почти на всех сохранившихся ножнах с золотой оправой. Важной особенностью является и способ ношения, который зависит от формы нижнего конца ножен; она делится на две группы: ножны с расширением на конце и ножны, не имеющие такого расширения.

Короткие мечи-акинаки, вложенные в ножны с расширением на конце, скифы носили, как персы: привязанными к ноге. Так можно было носить только те мечи, длина которых не превышала 53–60 см, это потому, что меч не должен был доходить до колена, иначе воину трудно было бы как передвигаться, так и сидеть верхом на коне и управлять им. Расширение не давало мечу выскальзывать из-под ремня при движении. Скифы широко пользовались ножнами без расширения; это был способ, при котором ножны меча прикреплялись к поясу спереди, ближе к правому боку. Боковой выступ ножен давал направление прикрепленному таким образом мечу от середины пояса к левому колену. Таким способом можно было носить и короткие, и более длинные мечи. Так носили кинжалы, если они имелись на вооружении воина без сопровождения меча. Если же он имел и меч, и кинжал, то последний помещался в одних ножнах с мечом. Но бывали и такие случаи, когда в ножны вместе с кинжалом вкладывали шило, что было обнаружено в Старшей Могиле.

Назначение мечей и кинжалов. Короткие мечи употреблялись в качестве колющего оружия пеших и спешившихся воинов.

Эволюция клинка скифских мечей шла в направлении увеличения эффективности действия мечом как колющим оружием, поэтому мы можем предположить, что в течение всей скифской эпохи мечи были в первую очередь колющим оружием пешего боя. Изображение более длинного скифского меча в качестве рубящего оружия в руках всадника на обкладе горита (Солоха) информирует о том, что более длинные мечи могли употребляться конными воинами как рубящее оружие, хотя очевидно, что скифские мечи для конного боя еще были мало приспособлены.

От скифов и савроматов скифские мечи стали известны тем народам, с которыми они соприкасались.

К аланскому клинковому оружию относят меч, наступательное оружие с обоюдоострым прямым клинком более 60 см, предназначенное прежде всего для рубки. Различают короткий меч – 60–70 см (для пешего боя), длинный меч – 70–90 см (для пешего и конного боя) и кавалерийский меч – 90 см. Считается совершенным и самым благородным оружием. Меч пользовался большим почетом у алан, которые, согласно Аммиану Марцеллину, поклонялись святому для них символу – обнаженному мечу, вонзенному в землю, олицетворявшему бога войны – единственного бога, о котором имеются более или менее достоверные сведения в источниках (Б. Бахрах).

В первые века нашей эры мечи с кольцевидным навершием, характерные для сарматского времени, выходят из употребления, на смену им появляются мечи без металлического навершия. Они занимают главенствующее положение ко II веку, и их отныне связывают с аланами. Распространение этих мечей связано с возрастанием роли клинкового оружия в конном поединке, они имеют длину в среднем свыше 90 см, их относят к категории так называемых всаднических мечей, применялись для нанесения с коня прямого рубящего удара. Короткие мечи практически отсутствуют, что говорит об отсутствии пехоты в аланских войсках. С IV века набирает силу тенденция увеличения массивности и ширины клинка при уменьшении его длины, что в сочетании с распространившимися большими брусковидными перекрестиями дает возможность для вывода о том, что фехтование на мечах верхом получает широкое распространение. Перекрестья рукоятей часто богато инкрустировали стеклом, смальтами, геральдическим орнаментом из золотых пластинок. В эпоху великого переселения народов распространяется отделка ножен и рукоятей мечей золотом, цветными камнями и эмалью. Для сравнения: меч из села Брут (V в., длина 115 см) имеет золотые обкладки и на ножнах, и на рукояти. Особую красоту придает ножнам вертикальная пластина, выполненная в технике перегородчатой инкрустации, сплошь покрытая гранатовыми вставками треугольной и прямоугольной форм. Ко времени конца IV – первой четверти V вв. у алан наличествуют мечи с уплощенным шестигранным сечением клинка, перекрестье отсутствует, и конец острия немного закруглен, что вкупе с формой сечения свидетельствует о нанесении рубящего удара. У алан мечи доживают до VII–VIII вв., причем к этому времени они – универсальное оружие как для конного, так и для пешего боя, и это позволяет их длина – 70–90 см. Форма, материал и окраска ножен мечей на всем протяжении их применения не претерпевают изменений, за исключением моды украшать как меч, так и ножны различными обкладками и инкрустацией. Что же касается способов подвешивания меча, то в ранний период он носился на портупейных ремнях с помощью специальных скоб из нефрита, жадеита, халцедона и пр., прикрепленных к поясу, а в более позднюю эпоху – жесткое крепление ножен к портупейному ремню. В сказаниях о нартах упоминается способ подвески меча к шее воина: “…хъæндзал кард йæ æфцæгыл æртыхта“ (меч прикрепил к своей шее).

Æхсаргард – ‘cабля’, ‘шашка‘. Холодное клинковое оружие с загнутым однолезвийным клинком, крестовиной, перекрестием и череном со слегка загнутой головкой. Сложение из æхсар ‘боевая доблесть’ + кард ‘нож’, ‘меч’. Но в фольклорных текстах встречается слово æхсар само по себе (без кард) в значении ‘шашка’, ‘меч/: æхсар-æлвæстæй ‘с извлеченной (обнаженной) шашкой’.

Æхсар / æхсарæ ‘боевая доблесть’, ‘сила’, ‘власть’. Восходит к др.иран.*xšaϑra-, арийский kšatra-. Важный социальный термин индоиранского мира связан с военной функцией. В догосударственный период термин означал ‘военную силу’, ‘военную доблесть’, и сейчас эта семантика преобладает в осетинском языке. С образованием государства стал обозначать ‘государственную власть’, ‘государство’, ‘царство’, ‘центр государственной власти’, ‘город’ (В.И. Абаев. IV. 224–225). В Нартиаде имена эпонимных героев – Хсар(т) и Хсæртæг. Из аланского идет имя фольклорного героя, убившего дэва: груз. (пшав., хевсур.) Yaxsari. К иран. *xšaϑryaka- через согд. *xšaϑrik восходит монг. cerig ‘воин’, ‘солдат’. По В. И. Абаеву, два важных мировоззренческих понятия – др.иран. .*xšaϑra- и farnah- (hwarnah) – явственно связаны между собой.

Cвоеобразие осетинского, по мнению ученого, в том, что фарн должно пониматься как высшее благо мирной жизни, а хсар – как высшее достоинство в бою. В.И. Абаев пишет, что фæринк /фæренк – прославленный в старину вид сабель; другие знаменитые в старину сорта сабельной стали: тесмел, горда, хъандзал. Для сравнения: в селении нартов заспорили: кто говорил, что сабля Сау Сарыга – фаринк, кто – тесмел, кто – горда, кто – что она сделана девами, кто – кандзал" (I, 452).

В начале VIII века у алан мечи вытесняются новым видом клинкового оружия – саблями. Изогнутый клинок разрезает, проникая глубоко внутрь, поскольку форма его вторит полукружию размаха, это оружие скорее всадника, чем пехотинца, и это обусловило распространение сабли среди алан, конных воинов. Сабля была гораздо легче среднего прямого меча, что давало возможность работать ею быстрее и маневрировать свободнее, саблей рубили "с оттягом", для чего прекрасно подходила изогнутая форма лезвия, позволяющая фиксировать держащую саблю кисть навершие на рукояти. Для ранних сабель характерна кривизна, не превышающая 2 см, и это дало основание причислить ее к палашам. Сабля пригодна и для конного, и для пешего боя, что является показателем изменения тактики боя. Начиная с IX века, у алан появляется традиция украшать сабли, изменять формы перекрестия, что поспособствовало превращению сабли из повседневного оружия в предмет украшения. Появились парадные аланские сабли, которые со временем становятся шедеврами и по техническим свойствам, и по художественному оформлению позолоченным серебром со вставками из полудрагоценных камней.

Сабля имеет к тому же яркую символику. Изогнутая по форме восточная сабля соотносится с луной и женским началом. Преимуществом настоящей сабли был скользящий удар, который у него был

обусловлен высоким качеством стали. Они появились позже – в Иране, Индии, и в VII–VIII вв. уже были распространены на юге Восточной Европы, в Средней Азии, Иране и др. Настоящий булат – это литая сталь, но чаще делалась, особенно в Дамаске, путем кузнечной сварки тонких сплетенных в жгут полос или проволоки с разным содержанием углерода. Качественная сталь, в частности, булат, упоминалась еще Аристотелем, изготовлялась в Индии под названием вуц, в Иране и Средней Азии – лучшие сорта табан и хорасан, в Сирии – дамасская сталь и др. Все оружие с изогнутыми клинками считается лунным и женским символом, в то время как с прямыми клинками – мужским и солнечным. Прямолинейность символизирует проницательность и силу, изогнутость предполагает пассивное стремление к цели.

В осетинском языке встречается лексема хъама / хъæма в двух значениях: 1) ‘деревянная подвеска, заменявшая собою надочажную цепь – рæхыс, которую беднейшая часть крестьян-осетин не могла себе позволить из-за высокой стоимости металлической надочажной цепи. Конечно же, со временем каждая семья приобретала железную надочажную цепь. Эту подвеску из дерева называли еще самаркъа, самакъа’; 2) ‘кинжал’.

Согласно В.И. Абаеву, из араб., перс. qam’a ‘кинжал‘ (прямой), тюрк. qama 1.’острое орудие’, 2.’острый прямой персидский кинжал’. Заимствовано многими кавказскими языками: кабард., абадз. qamä, убых. qāma, абхаз.a-qáma, мегр., чан. qama ‘кинжал‘; ср. также мегр., чан. xami ‘нож’; чечен. ğama ‘шашка’, ğāma ‘клинок’. Отмечено и в курдско-персидских говорах: заза qâmâ ‘короткий меч’, перс. qama ‘длинный обоюдоострый прямой кинжал’, (кирманшах.) qämä ‘обоюдоострый меч’ (II, 260-261).

Короткий клинок (короче 60 см) предназначался для рукопашной схватки на ближней дистанции, оставался единственным оружием, вынуждавшим спешиться аланского воина. В бою внезапность, ловкость и хитрость брали верх над собственно техникой.

В I веке в аланской среде наибольшее распространение получают кинжалы с кольцевым навершием и небольшим брусковидным перекрестием, доставшимся в наследство от сарматской эпохи, но уже во II веке они выходят из употребления. Основная масса клинков повторяет форму мечей с кольцевым навершием: в сечении они линзовидные, лезвия идут сначала почти параллельно, заметно сужаясь лишь в последней трети длины; размеры небольшого брусковидного перекрестья лишь на 1–2 см превышают ширину клинка в верхней трети. Подобная форма клинка указывает на колюще-рубящее назначение, и такое оружие удобно держать прямым хватом, эффективен при нанесении рубящих ударов и длинных прямых тычков, удобен, когда противник маневрирует, дает возможность держать противника на расстоянии. Но встречаются кинжалы и с ромбическим сечением клинка: они лучше приспособлены для колющего удара в ближнем бою, а также кинжалы с кольцевым навершием, без перекрестья, который имеет линзовидное сечение и клинок, суживающийся от основания рукояти. Подобные кинжалы удобны для боя в ограниченном пространстве: дает возможность для использования другого типа хвата – обратного. В период великого переселения народов длина кинжала возрастает до 35–40 см. А.А. Сланов так описывает аланский кинжал V века, найденный у села Брут: "Лицевая сторона ножен и рукояти выполнена из золотой фольги, а обратная – серебряной. Кинжал уникален как по своим художественным достоинствам, так и при отсутствии аналогии; подвешивался горизонтально с левой стороны". Такой способ ношения получает широкое распространение с V века, и он мотивирован и для алан, потому что происходит изменение в разграничении дистанций боя. К VII–VIII вв. кинжалы уже представлены единичными находками, с VII в. выходят у алан из употребления одновременно с мечами. Хъама остается частью национального костюма горца, символом его достоинства.
 
Автор: Елена Бесолова, доктор филологических наук, профессор,
зав. отделом осетинского языкознания СОИГСИ им. В. И. Абаева, заслуженный деятель науки РСО–А
Категория: Культура Алании | Добавил: 00mN1ck (10.06.2021)
Просмотров: 102 | Рейтинг: 0.0/0 |

Схожие материалы:
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]