Меню сайта

Разделы новостей

История Осетии [43]
Скифы | Сарматы | Аланы [120]
Публикации, архивы, статьи.
Осетия [122]
Новости Северной Осетии и Южной Осетии.События на Кавказе.
Кавказ [14]
Народы Кавказа, История и культура народов Кавказа
Ранняя история Алан [0]
Габуев.Т.А.

Наш опрос

Посещая сайт, я уделяю внимание разделу(разделам)
Всего ответов: 1425

Форма входа

Логин:
Пароль:

Календарь новостей

«  Июнь 2013  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Поиск

Ссылки

|

Статистика


В сети всего: 2
Гостей: 1
Пользователей: 1
Рухс
Главная » 2013 » Июнь » 30 » К вопросу о культурном взаимодействии казаков и осетин в процессе освоения Владикавказской равнины в XIX в.
К вопросу о культурном взаимодействии казаков и осетин в процессе освоения Владикавказской равнины в XIX в.
16:04
И. Т. Цориева

В современном мире, в условиях ускоряющейся глобализации и интеграции, особое звучание приобретает проблема мирного взаимодействия и сотрудничества стран и народов. Известно, что материальные и духовные ценности, создаваемые в разных культурах и служащие основанием для цивилизационного строительства, усваиваются в ходе социально-экономического и культурного взаимодействия. Благодаря непрерывности процесса межкультурного диалога, происходит проникновение и распространение необходимых культурных инноваций среди тех народов и культур, где эти новации в силу разных обстоятельств не могут появиться самостоятельно. В истории имеется немало случаев, когда процесс восприятия культурных ценностей, объективно прогрессивный, носил насильственный характер. Однако совершенно очевидно, что оптимальным вариантом, обеспечивающим сбережение и взаимообогащение разных культурных систем, является мирный путь развития межэтнических и межнациональных отношений в процессе освоения людьми жизненного пространства. В этом смысле обращение к опыту формирования добрососедских отношений между русскими и коренными народами Северного Кавказа на протяжении последних двух столетий представляется весьма актуальным как с научной, так и с практической точки зрения.

Общеизвестно, что в XIX в. Северный Кавказ превратился в арену цивилизационного взаимодействия многих народов, населявших Российскую империю. На обширных территориях происходили интенсивные миграционные процессы, обусловленные политикой российского правительства, предусматривавшей реализацию широкомасштабной программы военно-политического и экономического освоения стратегически важного региона. В освоение предгорных и равнинных территорий Северного Кавказа, в том числе Владикавказской равнины, наряду с коренным населением были вовлечены русские, украинцы, армяне, евреи, немцы и представители многих других народов.

В 1930—1950-х гг. на Владикавказской равнине был заложен ряд казачьих станиц: Архонская, Ардонская, Николаевская, Змейская, Владикавказская, Сунженская, Тарская. Основу населения этих станиц составили казаки 1-го Владикавказского и 2-го Сунженско-Владикавказского казачьих полков, главной задачей которых являлась охрана важнейшей стратегической коммуникации на Северном Кавказе — Военно-Грузинской дороги.

К тому времени предгорная равнина была уже достаточно освоена осетинами — выселенцами из горных ущелий, основавшими десятки населенных пунктов. Поэтому с первых же дней появления казачьих станиц рядом с осетинскими селами социальная адаптация, выстраивание добрососедских отношений стали жизненно важными условиями их мирного сосуществования.

История отношений между казаками и горцами на протяжении XIX в. переживала разные периоды от вооруженного противостояния, настороженного неприязненного отношения до проявления симпатии, утверждения дружеских отношений. Такая ситуация обусловливалась не только своеобразием социально- бытового устройства, разным менталитетом, обычаями и традициями народов, но и разной степенью включенности в политическую и экономическую систему российского государства.

В конечном итоге, объективно обе стороны были заинтересованы в развитии добрососедских отношений. Осетинские поселенцы чувствовали себя в большей безопасности от нападений различных банд, воров и абреков под прикрытием станиц. Станичники, в свою очередь, могли не опасаться враждебных вылазок со стороны мирно настроенных соседей. С годами взаимовыгодные, дружеские связи между казачьими станицами и осетинскими селениями упрочивались.

Тесное общение казаков и горцев содействовало развитию особого вида дружественных отношений — куначества. В равнинных осетинских селениях было немало крестьян, имевших друзей в соседних казачьих станицах. Особенно сильно в Осетии куначество было развито между жителями селения Гизель и станицы Архонская, селения Ардон и станицы Ардонская, селения Вольно-Христиановское и станицы Николаевская, селения Эльхотово и станицы Змейская и т. д. Кунаки часто гостили друг у друга, дарили подарки, в случае надобности оказывали помощь во время проведения сельскохозяйственных работ. Особым знаком доверия и уважения считалось отдать своего ребенка на воспитание семье друга. Кунаки гордились своей дружбой и передавали ее детям как священный завет от поколения к поколению [1, с. 232-233].

Развитию добрососедских отношений способствовали и межэтнические браки. Несомненно, вклад женщины в развитие таких отношений был огромен. Кавказские, русские, украинские женщины, оказавшись в иной культурной среде, воспринимали эту культуру. Также они продолжали поддерживать связи со своими родственниками, не забывали родную культуру, обычаи и традиции своего народа, приобщали к ним своих детей.

Доверительные связи находили продолжение в хозяйственных отношениях и в оживленной торговле. И если в конце XVIII — начале XIX вв. такие отношения были достаточно редки и порой случайны, то в последующем они приобретают постоянный характер. Горцы поставляли на местные казачьи рынки рогатый скот, лошадей. Они привозили казакам просо, овчины, хозяйственную утварь, домотканые изделия. В обмен на свой товар получали изделия из металлов, сукна, меха, а также соль, рыбу, овощи [2, с. 64].

Взаимодействие с жителями как горных, так и равнинных поселений привело к заимствованию казаками некоторых элементов культуры народов Кавказа. Так, были полностью заимствованы комплекты мужского костюма северокавказского типа (бешмет, черкеска, папаха, ноговицы и пр.) и женской верхней одежды. И здесь роль женщины была огромна. Осетинские женщины широко славились рукоделием и портняжным ремеслом. Они занимались изготовлением не только собственного костюма, но шили черкески, попоны и бешметы для мужчин.

В станице Новоосетиновской изготавливали сукно, которое славилось красотой и добротностью. Из него шили зипуны, чекмени, халаты. Вначале эти изделия изготовлялись лишь «для собственной надобности», но постепенно круг желающих приобрести их расширялся, и они стали производиться и для продажи. Благодаря тому обстоятельству, что Новоосетиновская станица находилась среди русского казачьего населения, изделия шерстяные, как необходимые для казачьего костюма, легко сбывались на месте [2, с. 236].

Казаки не довольствовались только заимствованием одежды и других предметов быта. Взаимодействие с кавказским миром проявлялось в интерьере казачьего дома, наполненного многими кавказскими чертами. Вот как описывал внутреннее убранство казачьего дома военный историк В. Потто: «В одном углу оружие и доспехи, развешанные на стенах, а в другом постели и одеяла, сложенные правильными кипами, а на самом видном месте, на полочках, посуда, тщательно вычищенная и парадно расставленная. Удержалась, однако, русская печь, русские лавки и высокий стол» [3, с. 60].

В свою очередь осетины приобщались через казаков к традиционной русской и украинской материальной культуре. Под их влиянием у осетин сначала в среде национальной элиты, а затем и народных масс стал меняться тип жилища. Русское влияние сказалось на появлении новых для традиционного осетинского жилища элементов — фундамента, пола из досок, потолка. В равнинных поселениях начали строить дома с большими окнами и с черепичной крышей, а в жилых помещениях на смену нарам пришли койки. В домах устанавливалась кирпичная печь по образцу русской. Интерьер осетинского жилища стал насыщаться заимствованными предметами. Распространяется европейская мебель, металлическая и фарфоровая посуда. С конца XIX в. во многих осетинских домах встречается типичный предмет русского быта — самовар. При этом следует отметить, что европейская мебель и посуда часто являлись предметами оформления интерьера, доступными зажиточным семьям и рассчитанными «на восприятие чужих глаз» [3, с. 68].

С изменением форм хозяйственной деятельности коренного населения, обосновавшегося на равнине, в результате взаимодействия с казаками менялись и орудия производства. Овальный плуг вытеснил традиционные пахотные орудия. Появлялись косы, «русские» серпы, молотилки, веялки и пр. Новым средством передвижения для осетин стала четырехколесная бричка, успешно заменявшая арбу.

Важным показателем культурных заимствований являлись изменения в словарном составе языков народов (русских, украинцев, грузин, осетин и др.), участвовавших в освоении Владикавказской равнины в XIX в. Что касается осетинского языка, то здесь особенно много новых слов было воспринято из русского языка. Примером таких лингвистических заимствований служат следующие слова: бедра (ведро), боре (борщ), бричка (бричка), ибка (юбка), къалоста (галоши), пец (печь), пъол (пол), самовар (самовар), спичка (спичка), стъол (стол), цай (чай) и т. д. Тогда же в русский же язык вошли слова кунак (тюрк.), аталык (тюрк.), абрек (осет.), бешмет (тат.), чекмень (тюрк.), черкеска и др. [4, с. 215].

Таковы были основные проявления культурного взаимодействия и взаимовлияния казаков и осетин, вовлеченных в процесс освоения Владикавказской равнины в XIX в. Взаимопроникновение разных культурных систем существенно повлияло на социально-экономическое развитие северокавказского региона, изменило структуры повседневности населяющих его народов. Результатом культурных заимствований стали не только значительные изменения в материальной культуре, выразившиеся в совершенствовании методов и приемов хозяйственной деятельности, структуре питания, во внешнем облике людей. Развитие добрососедских отношений между представителями разных национальностей значительно раздвинуло границы традиционного восприятия ими картины мира, обогатило духовную культуру, способствовало вовлечению северокавказских народов в мировое культурное пространство.

В заключение отметим, что процесс глобализации, неизбежно сопровождающийся разрушением межэтнических границ, обостряет проблемы межнациональных отношений. «Принимающие общества» видят в нем угрозу своей социокультурной идентичности. В подобных обстоятельствах формирование разумной национальной государственной политики, ориентированной на обеспечение мирного сотрудничества между народами, укрепление социального согласия, развитие социальной коммуникации и интеграции, приобретает особую значимость. Для Северного Кавказа, отличающегося сложностью сочетания социально-экономических, геополитических, национальных, этнических и конфессиональных проблем, эта тема звучит особенно актуально. Решение ее во многом, на наш взгляд, связано с усвоением и развитием положительного опыта культурного взаимодействия между северокавказскими народами. Традиции добрососедства, толерантности, культурного диалога, складывавшиеся на протяжении столетий, несут в себе огромный созидательный потенциал. И задача нынешних поколений в том, чтобы не растратить, а воспринять, приумножить и использовать этот потенциал для мирного поступательного развития своих народов.

Список использованной литературы:
1. История Северо-Осетинской АССР с древнейших времен. В 2-х т. Т. 1.—М.: Наука, 1959.

2. Омельченко И. Л. Терское казачество.—Владикавказ: Ир, 1991.—300 с.

3. Дмитриев В. А. Типология русско-кавказских заимствований в материальной культуре // Россия и Кавказ сквозь два столетия.—СПб.: Журнал «Звезда», 2001.—С. 58-68.

4. Цориева И. Т. Пути исповедимые... Из истории основания равнинных поселений на Кавказе в конце XVIII-XIX вв.—Владикавказ: ИПО СОИГСИ, 2010.-253 с.

Источник:
Цориева И. Т. К вопросу о культурном взаимодействии казаков и осетин в процессе освоения Владикавказской равнины в XIX в. // Кавказ спустя 20 лет: геополитика и проблемы безопасности: тр. междунар. науч. конф. (Владикавказ-Цхинвал, 20-30 июня 2011 г.). С. 89 - 92.
Категория: Осетия | Просмотров: 2541 | Добавил: 00mN1ck | Рейтинг: 0.0/0 |

Схожие материалы:
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]